О пользе коррупции

С 1 июля вступил в силу известный закон о борьбе с коррупцией. Президент, подписывая этот документ, выразил уверенность в том, что он поможет справиться с извечным украинским злом. Янукович подчеркнул, что закон подготовлен с помощью международных организаций, специализирующихся на коррупции, что, по его мнению, должно добавить убедительности положениям закона. Правда, сами эти международные организации, а точнее — GRECO выразили неудовольствие новым антикоррупционным документом.

Янукович подсчитал, что Украина теряет от коррупции 20 млрд гривен в год. Президент считает, что это плохо. Поэтому СБУ и прокуратуре даны недвусмысленные указания по поводу борьбы с коррупцией. Также президент пообещал как можно скорее разработать стратегию борьбы с этим злом. Под эту стратегию будет модернизировано смежное законодательство, и, кроме того, она ляжет в основу деятельности будущего специального органа по борьбе с коррупцией, который будет создан на основе нового закона. Президент не забыл и о гражданах, призвав их сообщать о случаях коррупции по «телефонам доверия».

Пресса считала основной «фишкой» нового закона декларацию расходов чиновниками и членами их семей. Однако, недавно выяснилось, что декларировать нужно покупки на сумму более 150 тысяч гривен. То есть, теперь эта норма особого смысла не имеет.

О чем этот закон

По мнению автора, «фишка» закона, конечно же, в другом. Ни декларации доходов, ни декларации расходов не имеют никакого практического значения, пока сохраняется главная причина, порождающая коррупцию, о которой мы поговорим ниже.

Что касается самого закона, то это, безусловно, уникальный и даже в чем-то эпохальный документ. Он содержит в себе замечательное определение коррупции, трактуя ее, как «неоправданное вмешательство» чиновников. Однако, как мы уже писали ранее, такое определение противоречит самой сути современного понимания деятельности госслужащего, как строгого исполнителя разнообразных регламентов. Такое понимание предполагает, что госслужащий не может «вмешиваться» ни «оправданно» ни, тем более «неоправданно», он должен только исполнять то, что написано у него в бумажке.

Таким образом, законом полностью легализуются любые вольности чиновников в трактовках и исполнении разнообразных нормативов, ведь эти вольности могут быть и вполне «оправданным» вмешательством.

На самом деле, этот закон принят с целью упорядочить коррупционную деятельность и пытаться управлять ею. Необходимость в этом очевидна. Огромная армия опричников необходима нашему режиму для сохранения своей власти. Однако, их невозможно прокормить из бюджета и если перевести их на бюджетный паек, они просто разбегутся. Поэтому с самого начала своего существования украинская власть держалась на том, что чиновник сам себя кормит. Теперь же эта деятельность зашла слишком далеко и возникла потребность в управлении ею, для чего и принят этот закон.

Думаю, все знают о том, как нелегка и опасна чиновничья жизнь. Если бы чиновники не отбирали у нас деньги, их можно было бы только пожалеть, ведь их жизнь состоит из постоянной борьбы, подсиживаний, интриг, унижений и бессмысленной тяжелой работы. В общем, теперь в этой деятельности появились прямые узаконенные ориентиры в виде перспектив попасть на «доску позора», необходмости постоянно бегать согласовывать с начальством, что писать в декларациях о доходах-расходах и понимания того факта, что все в твоей карьере зависит от того, как другие чиновники оценят твое вмешательство — как «оправденное» или как «неоправданное». Это — своего рода правила. А управлять этим всем процессом будет Министерство коррупции или как его там назовут — тот самый «уполномоченный орган», о котором сказано в законе.

Можно легко предсказать, как минимум, два последствия работы такого документа. Во-первых, чиновники теперь будут с куда большей охотой объединяться в явные и тайные синдикаты, хотя бы потому, что все понимают обязательность ритуальных жертв «борьбы с коррупцией» (необходимость которых прямо предусмотрена законом) и никто не хочет стать такой жертвой. Минимизация рисков для чиновников состоит в том, чтобы объединиться, иметь своего человека в Министерстве коррупции и вообще максимально перенести внутривидовую борьбу на как можно более высокий уровень. То есть, круговая порука, которой так хочет избежать президент, только усилится. Во-вторых, сама затея управления коррупцией изначально обречена. Коррупция в нашей версии предполагает свободный поиск чиновником предпринимательской прибыли и несовместима с каким-то централизованным управлением, пусть даже рамочного характера.

Причина коррупции

Оставим теперь в стороне злополучный закон и поговорим, как и обещали, о главной причине коррупции применительно к нашей стране. Для начала посмотрим, можно ли вообще в наших условиях что-то сделать с коррупцией, если следовать общепринятой парадигме. Эта парадигма строится на принимаемом по умолчанию тезисе, что производимые государством нормативы безусловно полезны. Коррупция в этой парадигме вредна именно потому, что она искажает и извращает эту деятельность. Именно этими взглядами руководствуются разнообразные международные организации, политики, эксперты и широкая публика. Эта парадигма предполагает, что источником коррупции является чиновник и что коррупция вредна, так как искажает по определению полезную деятельность государства.

Украинцу легко понять ошибочность (точнее, частичность) этой парадигмы. Для этого ему достаточно задуматься о том, что было бы, если бы вдруг все украинские законы и распоряжения оказались исполненными в буквальном смысле. Если украинец будет честен с собой, то он неминуемо содрогнется в ужасе, так как нетрудно увидеть, что вслед за точным и безукоризненным исполнением всех правил и законов немедленно наступает хаос, разруха, голод, гражданская война, астероид и взрыв Солнца.

Почему так происходит? Поясню на простых идеальных моделях. Любое общество живет по правилам, которые можно назвать обычным правом. Следование этому праву, собственно, и позволяет этому обществу существовать. В рамках нашей темы можно выделить два идеальных типа общества (которых, конечно, в реальности в чистом виде нигде нет). Первый тип — с преимущественно горизонтальными связями. В обществе такого типа формирование компетенции начальников (констеблей, шерифов и т. п.) находится в непосредственной досягаемости его членов. Начальники в обществе такого типа содержатся его участниками и служат для поддержания в порядке тех самых норм обычного права, которым руководствуются люди в своей повседневной практике.

Общество второго типа отличается большим количеством вертикальных связей. Начальники в таком обществе появляются «сверху», формирование обязанностей начальника находится вне досягаемости обычных людей. Обычно такие ситуации возникают в обществах подверженных внешней оккупации либо многовековой самооккупации (Китай). Известны многочисленные исторические примеры того, как возникают и работают такие системы. Например, во время оккупации Австро-Венгрией Италии, среди австрийских чиновников завелась дотоле невиданная коррупция. Австро-венгры даже установили специальный (короткий) срок службы чиновника в Италии, чтобы уменьшить коррупцию.

В общем, начальники в этой системе назначаются и кормятся центральной (внешней) властью. В этом случае, задача обычных людей — защитить себя и свой способ жизни от выполнения чиновником своих обязанностей. Эта задача решается систематическим подкупом начальников представителями гражданского общества, которые преследуя личные интересы, тем не менее, в значительной степени парализуют чуждую им активность государства.

Заметьте, что и в том и в другом случае речь идет о защите обычного права, которым люди и пользуются в своей жизни. Просто в первом случае деятельность чиновника находится в рамках этого права, он им, так сказать, порождается и защищает его, а во втором — люди пытаются защитить это право от посягательств со стороны.

Что с ней делать

Думаю, не нужно говорить, что в Украине последние пару сотен лет существовала вторая модель. Не нужно также объяснять, что получение независимости ничего не изменило в этой модели и даже, видимо, усугубило ее. От того, что бывшие имперские чиновники стали как бы «своими» ничего не изменилось. После распада СССР украинцы быстро воссоздали империю (без Москвы) и теперь находятся в режиме самооккупации. У нас так и не появилось того главного, что по настоящему меняет отношение людей к власти — практики самоуправления. Самоуправление отличается от его имитаций, прежде всего, тем, что реализуется непосредственно за деньги составляющих его людей. Такой практики в Украине не было и нет, и поэтому работает старая имперская модель агрессии государства в отношении общества и защиты общества от государства через коррупцию.

Все антикоррупционные идеи, которые мы пытаемся бездумно заимствовать, рождены людьми, живущими в рамках другой — «горизонтальной» модели. И это неудивительно, ведь коррупция для этой модели представляет непосредственную угрозу живой ткани общества и тому обычному праву, которое оно использует. Однако, как видим, эти идеи малопригодны для нашей ситуации.

Конечно, теоретически можно «построить» чиновников — сократить их число, оптимизировать их работу, примерно наказывать, платить высокие зарплаты, завести электрическое правительство в интернете, однако, ничего не изменится до тех пор, пока сама деятельность чиновника является разрушительной по своей сути, независимо от того, украл он при этом или нет. Пока это не изменится, коррупция будет естественным образом порождаться «снизу», как реакция защиты общества от агрессии государства.

Поэтому, если говорить о борьбе с коррупцией всерьез, то она должна вестись по двум направлениям. Первое — «сверху» — это сокращение государства, причем не численное, а функциональное. Второе «снизу» — это развитие практики самоуправления за деньги самоуправляемых. Как видим, сами эти задачи далеко выходят за рамки «борьбы с коррупцией». Коррупция в данном случае является побочной проблемой, которая разрешается в ходе реализации такой политики.

vzua

Tags:

Comments are closed.